Неточные совпадения
Я же хотел только узнать теперь, кто вы такой, потому что, видите ли, к общему-то делу в последнее время прицепилось столько разных промышленников и до того исказили они все, к чему ни прикоснулись, в свой
интерес, что решительно все дело испакостили.
— Я думаю, — сказал Константин, — что никакая деятельность не может быть прочна, если она не имеет основы в личном
интересе. Это
общая истина, философская, — сказал он, с решительностью повторяя слово философская, как будто желая показать, что он тоже имеет право, как и всякий, говорить о философии.
Вместо бедности —
общее богатство, довольство; вместо вражды — согласие и связь
интересов.
— Главная задача философии всех веков состоит именно в том, чтобы найти ту необходимую связь, которая существует между личным
интересом и
общим.
— Я нахожу, что ты прав отчасти. Разногласие наше заключается в том, что ты ставишь двигателем личный
интерес, а я полагаю, что
интерес общего блага должен быть у всякого человека, стоящего на известной степени образования. Может быть, ты и прав, что желательнее была бы заинтересованная материально деятельность. Вообще ты натура слишком ргіmesautière, [импульсивная,] как говорят Французы; ты хочешь страстной, энергической деятельности или ничего.
Но не одни эти дамы, почти все, бывшие в гостиной, даже княгиня Мягкая и сама Бетси, по нескольку раз взглядывали на удалившихся от
общего кружка, как будто это мешало им. Только один Алексей Александрович ни разу не взглянул в ту сторону и не был отвлечен от
интереса начатого разговора.
— Я не хочу протекционной системы не для выгоды частных лиц, но для
общего блага — и для низших и для высших классов одинаково, — говорил он, поверх pince-nez глядя на Облонского. — Но они не могут понять этого, они заняты только личными
интересами и увлекаются фразами.
Постараюсь сделать это в нескольких
общих чертах, как можно короче, чтобы не лишать большого
интереса тех из читателей, которые пожелают ознакомиться с событием из самого рапорта адмирала, где все изложено — полно, подробно и весьма просто и удобопонятно, несмотря на обилие морских терминов.
В философском смысле большой
интерес представляет толкование Шеллинга по поводу выражения μορφή θεού67, которое соответствует его
общему христологическому построению: Schelling.
В этих мечтаниях о нормальной общественности обнаруживается одна
общая черта, — надежда как-нибудь обмануть личный и групповой эгоизм, обойти, перехитрить его солидарностью, насытить, не посягая ни на чьи
интересы.
Общие вопросы, гражданская экзальтация — спасали нас; и не только они, но сильно развитой научный и художественный
интерес. Они, как зажженная бумага, выжигали сальные пятна. У меня сохранилось несколько писем Огарева того времени; о тогдашнем грундтоне [основном тоне (от нем. Grundton).] нашей жизни можно легко по ним судить. В 1833 году, июня 7, Огарев, например, мне пишет...
Что же коснулось этих людей, чье дыхание пересоздало их? Ни мысли, ни заботы о своем общественном положении, о своей личной выгоде, об обеспечении; вся жизнь, все усилия устремлены к
общему без всяких личных выгод; одни забывают свое богатство, другие — свою бедность и идут, не останавливаясь, к разрешению теоретических вопросов.
Интерес истины,
интерес науки,
интерес искусства, humanitas [гуманизм (лат.).] — поглощает все.
Артистический период оставляет на дне души одну страсть — жажду денег, и ей жертвуется вся будущая жизнь, других
интересов нет; практические люди эти смеются над
общими вопросами, презирают женщин (следствие многочисленных побед над побежденными по ремеслу).
Мне в первый раз пришла в голову ясная мысль о том, что не мы одни, то есть наше семейство, живем на свете, что не все
интересы вертятся около нас, а что существует другая жизнь людей, ничего не имеющих
общего с нами, не заботящихся о нас и даже не имеющих понятия о нашем существовании. Без сомнения, я и прежде знал все это; но знал не так, как я это узнал теперь, не сознавал, не чувствовал.
Разнообразная и вкусная еда на первых порах оттесняет на задний план всякие другие
интересы. Среди
общего молчания слышно, как гости жуют и дуют. Только с половины обеда постепенно разыгрывается обычная беседа, темой для которой служат выяснившиеся результаты летнего урожая. Оказывается, что лето прошло благополучно, и потому все лица сияют удовольствием, и собеседники не прочь даже прихвастнуть.
Тема, как видите, весьма далекая от всех моих тогдашних первенствующих
интересов как писателя. Но материал достался мне стоящий, да вдобавок еще отвечавший
общему настроению — в сторону мира, деревни, крестьянства.
Никто меня так и не свел в редакцию"Современника". Я не имел ничего против направления этого журнала в
общем и статьями Добролюбова зачитывался еще в Дерпте. Читал с
интересом и «Очерки гоголевского периода» там же, кажется, еще не зная, что автор их Чернышевский, уже первая сила «Современника» к половине 50-х годов.
Беря в
общем, тогдашний губернский город был далеко не лишен культурных элементов. Кроме театра, был
интерес и к музыке, и местный барин Улыбышев, автор известной французской книги о Моцарте, много сделал для поднятия уровня музыкальности, и в его доме нашел оценку и всякого рода поддержку и талант моего товарища по гимназии, Балакирева.
Здесь же первенствующий
интерес получат
общие итоги и оценки моих пережитков, а выдающиеся иностранцы будут появляться лишь попутно, в прямой связи с теми новыми сферами жизни, идей и всяких духовных приобретений, через которые я проходил за целых пять лет житья на западе.
Это было первое
общее суждение о поэзии, которое я слышал, а Гроза (маленький, круглый человек, с крупными чертами ординарного лица) был первым виденным мною «живым поэтом»… Теперь о нем совершенно забыли, но его произведения были для того времени настоящей литературой, и я с захватывающим
интересом следил за чтением. Читал он с большим одушевлением, и порой мне казалось, что этот кругленький человек преображается, становится другим — большим, красивым и интересным…
Но уже давно известно, что всюду, где большое количество людей долго занято одним и тем же делом, где
интересы общие, где все разговоры уже переговорены, где конец занимательности и начало равнодушной скуки, как, например, на кораблях в кругосветном рейсе, в полках, в монастырях, в тюрьмах, в дальних экспедициях и так далее, и так далее, — там, увы, неизбежно заводится самый отвратительный грибок — сплетня, борьба с которым необычайно трудна и даже невозможна.
Людей, входивших в состав этих кружков, связывала не солидарность материальных
интересов, а единственно сочувствие совершающемуся пробуждению,
общая радость каждому шагу общественного преуспеяния и искреннее желание всех зол прошедшему.
При таких обстоятельствах со стороны давно известного нам художника Белоярцева последовало заявление о возможности прекрасного выхода из тесного положения граждан путем еще большего их сближения и отождествления их частных
интересов в
интересе общем.
Прямым последствием таких речей явилась мысль зажить на новых началах; создать, вместо вредной родовой семьи, семью разумную, соединяемую не родством, а единством
интересов и стремлений, и таким образом защитить каждого
общими силами от недостатков, притеснений и напастей.
И теперь, надеясь, что имеет в руках неисчерпаемый источник дохода, она поделилась этой мыслью с мужем не потому, что считала свои
интересы общими с его, а лишь потому, что он был ей нужен для исполнения ее плана.
Помещики и чиновники составляли свои, более или менее замкнутые круги, но круги близкие, родственные; у них были свои
интересы, свои ссоры, свои партии, свое общественное мнение, свои обычаи,
общие, впрочем, помещикам всех губерний и чиновникам всей империи.
И тем не менее в объективной действительности «классовый»
интерес может быть более человеческим, чем
интерес «национальный», т. е. в нем может быть речь о попранном достоинстве человека, о ценности человеческой личности, в «национальном» же
интересе может речь идти об «
общем», не имеющем никакого отношения к человеческому существованию.
И не мудрено: у них был
общий и очень существенный
интерес.
Очевидно, он был когда-то исправником или становым и лишь в последнее время, за
общим запустением, очутился представителем
интересов культурности.
Это была краска стыда от воспоминания о том, что несколько месяцев тому назад он отшатнулся от того же фон Зеемана, называл его отсталым обскурантом и вместе со своими недостойными товарищами глумился над ним, над его трусостью, эгоизмом, нерешительностью принести в жертву свои личные
интересы пресловутому
общему делу.
А вам, Виргинский, один миг свободного размышления покажет, что ввиду
интересов общего дела нельзя было действовать на честное слово, а надо именно так, как мы сделали.
Говорят, будто и умственный
интерес может служить связующим центром дружества; но, вероятно, это водится где-нибудь инде, на"теплых водах". Там существует
общее дело, а стало быть, есть и присущий ему
общий умственный
интерес. У нас все это в зачаточном виде. У нас умственный
интерес, лишенный
интереса бакалейного, представляется символом угрюмости, беспокойного нрава и отчужденности. Понятно, что и дружелюбие наше не может иметь иного характера, кроме бакалейного.
Пока речь генерала вертелась на
общей почве, мужички кряхтели, вздыхали и потели, не понимая десятого слова из этой лекции, но когда он заговорил о кровных мужицких
интересах, ходоки навострили уши и отлично поняли все, что им было нужно.
Чтобы
общее недоразумение не перешло врукопашную, нужно было придумать какой-нибудь такой компромисс, который примирил бы
интересы всех.
Дикости в проявлениях жизни общественной, разноголосица во всех сферах общества, фанфаронство
общим и народным делом, вопросительный знак значительной части дворянства пред новым экономическим бытом, финансовый кризис, зловещие тучи на окраинах, государственные затруднения, неумелость, злорадство, апатия к серьезному здравомысленному делу, непонимание прямых народных
интересов, подпольная интрига и козни, наплыв революционных прокламаций и брань, брань, одна повальная брань в несчастной полунемотствующей литературе и, наконец, в виде паллиативы, эта безумная и развратная оргия канкана, — вот
общая картина того положения, в котором застал Россию 1862 год.
Общественное жизнепонимание оправдывалось только до тех пор, пока все люди добровольно жертвовали своими
интересами интересам общего; но как скоро явились люди, добровольно не жертвовавшие своими
интересами, и понадобилась власть, т. е. насилие для ограничения этих личностей, так в общественное жизнепонимание и основанное на нем устройство вошло разлагающее его начало власти, т. е. насилие одних людей над другими.
Вследствие обычая, передаваемого воспитанием и подтверждаемого религиозным внушением, личности без принуждения сливали свои
интересы с
интересами совокупности и жертвовали своими для
общего.
— Не понимаю я чего-то, — заявил Кожемякин, напряжённо сморщив лицо, — какая опасность? Ежели все люди начинают понимать
общий свой
интерес…
Он метался, как сом в сетях, ходил в гости, принимал у себя, говорил, вслушивался, иногда спорил почти до озлобления, иногда его слегка высмеивали, но в
общем он чувствовал
интерес к себе, это льстило ему; царапины неудач быстро залечивались.
Предо мной открывалась совершенно новая жизнь, новые люди, новые
интересы, и я присел к
общему столику с скромною мыслью посидеть немного и уйти.
Не факты действительного грабежа и вопиющего предательства священнейших
интересов страны приводят их в негодование, но попытки отнестись к этим фактам сознательно и указать их значение в связи с
общим жизненным строем.
Сравните литературу сороковых годов, не делавшую шага без
общих принципов, с литературой нынешнею, занимающеюся вытаскиванием бирюлек; сравните Менандра прежнего, оглашавшего стены"Британии"восторженными кликами о служении высшим
интересам искусства и правды, и Менандра нынешнего, с тою же восторженностью возвещающего миру о виденном в Екатеринославле северном сиянии… Какая непроглядная пропасть лежит между этими сопоставлениями!
Ст. 2. Никакой организации Союз не имеет. Нет в нем ни президентов, ни секретарей, ни даже совокупного обсуждения
общих всем пенкоснимателям
интересов, по той простой причине, что из столь невинного занятия, каково пенкоснимание, никаких
интересов проистечь не может.
Как выразители
общей физиономии жизни, эти люди неоцененны, и человек, желающий уяснить себе эту физиономию, должен обращать взоры вовсе не на тех всуе труждающихся, которые идут напролом, и не на тех ловких людей, которые из жизни делают сложную каверзу, с тем, чтобы, в видах личных
интересов, запутывать и распутывать ее узлы, а именно на тех"стадных"людей, которые своими массами гнетут всякое самостоятельное проявление человеческой мысли.
Допустим, что он неразвит, что связь, существующая между его личным
интересом и
интересом общим, ускользает от него; но ведь об этой связи напомнит ему сама жизнь, делая тревогу и озлобление непременным условием его существования."Хищник" — это дикий в полном значении этого слова; это человек, у которого на языке нет другого слова, кроме глагола"отнять".
Элементы, которые могли оттенять внешнее однообразие жизни дедушки Матвея Иваныча, были следующие: во-первых, дворянский
интерес, во-вторых, сознание властности, в-третьих,
интерес сельскохозяйственный, в-четвертых, моцион. Постараюсь разъяснить здесь, какую роль играли эти элементы в том
общем тоне жизни, который на принятом тогда языке назывался жуированием.
Между тем нас соединяло самое живое чувство
общего бытия и врожденных
интересов.
Но всего более приводили меня в отчаяние товарищи: старшие возрастом и ученики средних классов не обращали на меня внимания, а мальчики одних лет со мною и даже моложе, находившиеся в низшем классе, по большей части были нестерпимые шалуны и озорники; с остальными я имел так мало сходного,
общего в наших понятиях,
интересах и нравах, что не мог с ними сблизиться и посреди многочисленного общества оставался уединенным.
У каждого из нас явились свои отдельные
интересы, заботы, которые мы уже не пытались сделать
общими.
Но люди смотрят доселе на науку с недоверием, и недоверие это прекрасно; верное, но темное чувство убеждает их, что в ней должно быть разрешение величайших вопросов, а между тем перед их глазами ученые, по большей части, занимаются мелочами, пустыми диспутами, вопросами, лишенными жизни, и отворачиваются от общечеловеческих
интересов; предчувствуют, что наука —
общее достояние всех, и между тем видят, что к ней приступа нет, что она говорит странным и трудно понятным языком.